Два взгляда на Коктебель

Скорее всего, мой репортаж о Коктебеле сочтут отрицательным, негативным в отношении фестиваля. Но с другой стороны, в СМИ уже так много позитивных и восторженных откликов об этом событии, что мой, быть может, и предвзятый взгляд репутации фестивалю не подпортит. Сразу оговорюсь, что моя позиция – это позиция меньшинства. Большая часть людей, я уверен, фестивалем осталась более чем довольна, и если судить именно по этому признаку, то фестиваль можно считать успешным.

В этом году на «Джаз-Коктебель» зрителей было заметно больше, чем в прошлом, причем многие приехали специально на фестиваль. Я, к примеру, встретил людей, ехавших сюда аж из Мурманска. Немалый вклад в успех фестиваля вносит само место его проведения. Сочетание особого степного, восточно-крымского климата, шума морских волн, наличия хороших спиртных напитков и звучащей музыкой в сумме не могут не дать положительных эмоций. И наверняка следующий фестиваль соберет еще больше зрителей, и организаторам уже следует подумать о каком-нибудь новом месте проведения фестиваля, потому как тесная набережная в скором времени уже физически не будет вмещать всех желающих…

Позитивным можно считать и факт расширения числа площадок фестиваля. Помимо двух основных сцен, Открытой и Волошинской, в этом году в рамках фестиваля выступления шли на сцене в Аквапарке, кафе «Богема», ресторане «Зодиак»; в рамки фестиваля официально вошли и джемы в клубе «Виктор»… Однако все же, если отбросить хорошую организацию фестиваля, отбросить привлекательную бесплатность концертов, отбросить сильное техническое оснащение, отбросить коктебельскую атмосферу и коктебельские спиртные напитки, если оставить только музыкальный материал, то невооруженным взглядом видно, что фестиваль все больше уходит от джаза (а чисто джазовым он никогда и не был) в сторону «околоджазовсти». И это - неприятно… Очень бы не хотелось, чтобы ставка на массовость привела к тому, что получилось, к примеру, в случае российского фестиваля «Усадьба-Джаз», где, по словам очевидцев, джазовые выступления можно было пересчитать на пальцах. Если в прошлые два года в программе фестиваля «Джаз-Коктебель» наблюдался более-менее устойчивый баланс между разными джазовыми и околоджазовыми стилями: мэйнстримом, фьюжном, джаз-роком, эйсид-джазом, блюзом, то в этом году значительный упор был сделан в сторону этно-джаза и world music, уклон в который чувствуется начиная от атрибутики фестиваля и заканчивая звучавшей музыкой. Сами организаторы даже изменили название фестиваля, дав ему статус: «Contemporary World & Jazz Music Festival». И, в общем-то, уже само название не внушало оптимизма в плане того, как будет представлен на фестивале джазовая музыка.

Помнится, глядя на программу в августе, я очень обрадовался присутствию в ней экс-одессита, ныне американца, Вадима Неселовского, который должен был выступать вместе с еще одним экс-одесситом, ныне австрийцем, Андреем Прозоровым. Этот концерт вместе с выступлением проекта Виктора Лившица «4 тенора» представляли для меня наибольший интерес из всего представленного на фестивале. К нашему сожалению, Вадим Неселовский не смог приехать по вполне понятным причинам: когда молодого пианиста Рон Картер (Ron Carter) приглашает поиграть в своем составе – нужно соглашаться, и мы можем только порадоваться все растущему авторитету нашего соотечественника. Дуэт Неселовского-Прозорова заменило на фестивале трио Алексея Боголюбова, чье выступление для меня стало одним из самых интересных. С Алексеем Боголюбовым выступили музыканты, которые, как и сам Алексей, в представлении не нуждаются: барабанщик Алекс Фантаев и контрабасист Валентин Корниенко. На этом концерте нам было показано, что такое настоящие фортепианное трио (пусть в качестве фортепиано был не рояль, а синтезатор), с яркими импровизациями, с неподдельными спонтанными диалогами, с безумным зарядом энергии и… Дальше каждый может написать все, что он ожидает от классного фортепианного джазового трио - поверьте, все это там было.

Что касается упомянутого проекта «4 тенора» Виктора Лившица, то тут впечатления неоднозначные. С одной стороны, это самый что ни на есть джаз, состоящий из таких стандартов, как «Hot House» (Tadd Dameron), «Sugar» (Stanley Turrentine), «Manteca» (Dizzy Gillespie, Chano Pozo), «Body and Soul» (Edward Heyman, Robert Sour, Frank Eyton, Johnny Green) и др., с другой стороны, как-то уж слишком сильно этот концерт напоминал джем - из тех, что каждую ночь проходили в арт-клубе Виктора Лившица. Не было каких-то находок, каких-то уникальных изюминок в аранжировках, которые при желании наверняка можно было придумать, чтобы максимально задействовать мастерство тенор-саксофонистов Сергея Головни, Антона Залетаева, Евгения Печникова и Романа Соколова. Кроме того, создавалось впечатление, что музыканты играли не в полную силу, что, видимо, можно объяснить бессонными ночами, проведенными на джемах. Наиболее сильным, пожалуй выглядел, Роман Соколов, ну и, конечно, нельзя не упомянуть техничную и безукоризненную игру барабанщика Давида Ткебучавы.

Какие же еще концерты, кроме двух представленных выше, были на фестивале и насколько они были интересны?.. Что ж пройдемся сперва по выступлениям на Открытой сцене, - кстати, эта сцена мне показалась более джазовой, чем главная Волошинская.
Открывал фестиваль детский диксиленд со звездой, загоревшийся на прошлогоднем детском фестивале «Атлант-М», трубачом Романом Куприяновым. Стоит отметить, что юный музыкант столкнулся с первым ударом в своей карьере: у него выпало два зуба, что для трубача, сами понимаете, означает больше, чем для обычного ребенка. Тем не менее, Рома, несмотря на потерю, вполне хорошо отыграл, как и немногим его старшие коллеги.

Еще одним музыкантом, который не мог не запомниться и не вызвать улыбку, стала барабанщица Полина Тарасенко: отстукивала она вполне складно, а над ударной установкой постоянно парили ее косички с белоснежными бантами, и это было прекрасно! Играли дети классику традиционного джаза и диксиленда, в том числе и бессмертный джазовый стандарт «Очи Черные». Единственной проблемой стал неотстроенный звук, из-за которых слушать этот замечательный ансамбль было не всегда комфортно.

На высоком уровне выступил баянист Константин Стрельченко со своими партнерами, тонким перкуссионистом Андреем Морозом и заводным контрабасистом Валентином Карниенко. Признаться, мне гораздо больше нравятся выступления «Стрельченко Бэнда» в более камерной обстановке, в концертном или клубном зале, чем в формате open air. В Коктебеле Стрельченко представил программу, в которой доминировали динамические, быстрые, выразительные композиции. Особенно отметился Валентин Корниенко, сыгравший несколько энергичных и пространных соло.

Людмила и Михаил Крымовы (скрипка и бас-гитара соответственно) представили музыку с привлечением солидной поддержки электроники. Выступление получилось относительно недолгим и ровным. Впрочем, конечно же, интересные партии Михаила Крымова на двуладовой бас-гитаре не могли не вызвать восхищения.

Российский оркестр «Сон Дебюсси» - интересен в первую очередь тем, что в его состав входят только девушки, что не могло не вызвать ассоциации бессмертной комедией «В джазе только девушки». Оркестр представил скорее коммерческую программу, замешанную на драйвовом ритм-энд-блюзе, фанке и музыке соул. Иногда было слушать интересно, иногда не очень, но в целом выступление можно оценить как положительное.

Хорошее впечатление оставил севастопольский «Fusion Orchestra». Музыканты Сергей Богдан (акустическая гитара), Евгений Попов (клавишные), Павел Воронежский (бас), Денис Мельников (ударные) играют крепкий, нескучный, динамичный фьюжн, как это очевидно из названия коллектива, который, по-моему, превосходно воспринимается в атмосфере Коктебеля. Может быть, причина в том, что музыка эта родилась здесь же, в Крыму?..

Остальные проекты, представленные на Открытой сцене, имели очень отдаленное отношение к джазу. «Оркестр Креольского Танго», хоть в нем и присутствовали джазовые музыканты, имеет большее отношение к авторской песне. Музыка «Natasha et Nuits de Princes» – это русский и цыганский романс, хоть иногда и вызывает ассоциации с джазом-мануш. «Гурт Йо-Гурт» - хорошо знакомый киевлянам проект, исполняющий кельтскую музыку. Под конец их выступления многие пустились в пляс и, как могли, пытались подражать ирландским народным танцам.

Переходя к Волошинской сцене, нельзя не упомянуть такой технический момент. Дело в том, что для подавляющего большинства зрителей обзор на сцену был закрыт большим кустом акации (его к концу фестиваля таки сломали) и звукорежиссерская будка, а потому на экран справа от сцены были устремлены многие и многие пары глаз зрителей. А вот работа операторов, мягко выражаясь, часто оставляла желать лучшего. К примеру, порой за все время соло на экране показывали каких угодно музыкантов, только не того, кто играл соло. Таких мелочей было много, и все они откладывали свой негативный осадок.

Итак, что за музыка звучала на Волошинской сцене? Джаза там было немного, но как минимум три коллектива были по-своему интересны для джазового слушателя. В первую очередь, нужно упомянуть проект Shin & EgAri. Проект этот возник благодаря объединению усилий грузинских джазовых музыкантов, живущих ныне в Германии, из группы Shin и грузинских фольклористов из EgAri. Прозвучавшую музыку нельзя назвать джазовой обработкой грузинской народной музыки, нет, это большей частью именно чистый грузинский фольклор, причем это не просто какая-нибудь очередная обработка «Сулико» и танцы с кинжалами, это фольклор, в котором копали очень и очень глубоко, изучали очень и очень тщательно. И фольклор этот исполняли, среди прочих, и джазовые музыканты, и это, конечно, накладывало свой отпечаток. Ну, и намеки на джаз тут тоже были. К примеру, цитаты из Эла Ди Меолы (Al Di Meola) и Джона Маклафлина (John McLaughlin) или занятная пьеска «Took Five», полная постоянных намеков на бессмертный стандарт Пола Дезмонда (Paul Desmond).

Следующим выступал интересный коллектив «Экзотик Бэнд» Олега Киреева с программой «Mandala». Признаться, я уже имел раньше удовольствие слышать этот коллектив чуть меньше года назад на концерте в клубе «44». В целом, коктебельский концерт по программе мало отличался от того клубного, вплоть до финальной композиции с цитатой из «Caravan». Разве что вместо «Chameleon» (Herbie Hancock, Bennie Maupin, Paul Jackson, Harvey Mason), прозвучала композиция Олега Киреева «Night Flights» (не путать с «Night Flight» Led Zeppelin), а также еще один стандарт «Spain» (Сhick Corea). Подытоживая, скажу, что музыка Олега Киреева – музыка позитивная, простая для восприятия, и в то же время глубокая.

Третий коллектив, который не мог не зацепить мое внимание – Fatima Spar & Freedom Fries. Этот интернациональный коллектив, звучание которого очень напоминает Горана Бреговича (Goran Bregovic), конечно, нельзя назвать джазовым, однако тому, как эти музыканты могут «заводить» аудиторию и удерживать ее внимание, пожалуй, можно поучиться и джазовым коллективам. Кроме того, в этой группе замечательные «горячие» музыканты: контрабасист Филипп Мусбрюггер (Philipp Moosbrugger), трубач Александр Владигерофф (Alexander Wladigeroff) и уже упомянутый Андрей Прозоров (сопрано-саксофон). Центральная фигура в группе – вокалистка Фатима Шпар (Fatima Spar). Она берет не столько сильными вокальными данными, сколько эмоциональным исполнением, срывающимся порой на крик. Не может не привлечь внимание и содержание песен, тут есть и социальная тематика, и антирасисткая, и антибушевская…

Что касается украинского проекта Ukrainan World Music Project – продукт сотрудничества Кати Сhilly и Solominband, то для меня он был несколько неоднозначным. С одной стороны не так уж много в Украине проектов с «вторжением» джазовых музыкантов на фольклорную территорию, с другой… я не мог отделаться от мысли, что Катя Сhilly воспринимается совсем отдельно от джазовых музыкантов, не было какой-то цельности и целостности в этом проекте…

Не могу поддержать я и всеобщий (или почти всеобщий) восторг относительно Нино Катамадзе. Много напора, много энергии, харизматичность, но в музыкальном плане интересного немного. Говорят, во время ее концерта, будто по мановению ее руки, неожиданно пошел дождь, и, говорят, когда она допела песню, также неожиданно дождь закончился. Возможно. Сам не видел.

И тем более ничего положительного не могу сказать о хип-хоп группе «Us3». Замечу лищь, что из всех коллективов фестиваля, эти музыканты к джазу имели наименьшее отношении, и потому их роль в качестве главных хэдлайнеров фестиваля выглядит, мягко выражаясь, странно.

Говоря о том, что джаза в Коктебеле было мало, я имею ввиду не только сами концерты, но и сопутствующую атмосферу, не было того пьянящего драйва, который окружал фестиваль, как минимум, в прошлом году, не было тех запоминающихся джемов… То есть джемы-то были, но, во-первых, вход на них стал платный, кроме того, музыкантов стало играть меньше, и играли они в четверть силы, если не меньше, а посетители все больше пили и разговаривали, а не слушали…

Что можно сказать напоследок. Я наверняка приеду на следующий фестиваль «Джаз Коктебель», потому как другого такого уровня джаз-фестиваля open air в Украине нет, но хочется надеяться, что на следующий фестиваль джаза в Коктебеле, во всех смыслах, будет больше.

Иван Кондратов
Фото: Дмитрий Туйон; Интернет

 

Все публицистические материалы являются собственностью редакции UAjazz.Com. Авторское право на публикации принадлежит их авторам. 
Перед использованием материалов, их перепечаткой и цитированием надлежит получить письменное разрешение редакции портала.
При перепечатке обязательно следует сохранять авторство и ссылаться на источник - портал UAjazz.Com.