Киевский Свинг-Дэнс-Клуб

Человек, говорящий на языке свинга

Совсем недавно в гостях у Киевского Свинг-дэнс-клуба почти неделю пребывал очень дорогой друг из Швеции – Леннарт Вестерлунд. Один из тех, кто когда-то впервые качнул волну свингового Ренессанса, нахлынувшую впоследствии на весь мир. Леннарт – яркий пример того, как много может сделать один влюбленный в свое дело человек. В свое время, в начале 80-х, несколько таких энтузиастов в разных городах Европы и Америки независимо друг от друга начали активно заниматься тем, что им так нравилось, и чего уже практически не существовало – джазовыми танцами. Отыскивались и изучались какие-то книги, старые видео-записи, увлеченные люди объединялись в группки, и умершая, казалось бы, уже культура афро-американского дэнса, встрепенувшись, вдруг показалась из пепла забвения.

"Первое интернациональное собрание людей, занимающихся свингом, состоялось в Лондоне в 1986-м году, - рассказывает Леннарт, - для нас это было тогда, прежде всего, интересом к танцу. Мы были очень увлечены визуальной картинкой, хотя импрессия, содержащаяся в музыке, безусловно, захватывала тоже. Мы не знали друг о друге в то время, но все мы нашли информацию, которая привела нас в Гарлем тридцатых годов эпохи свинга. Движение как таковое началось не сразу, все развивалось постепенно. Просто собирались влюбленные в свинг люди, понемногу обучались, танцевали. В Америке, к примеру, настоящий взрыв интереса к этому произошел только в середине 90-х. Тогда начали уже появляться целые школы, проводиться соревнования. Очень похоже на то, что происходит сейчас у вас в Украине – Тарас и Лариса (тренеры КСДК-прим. автора), видимо, тоже начинали с нуля, и основываясь только на своем энтузиазме развивали интерес у людей к этому танцу. Очень важно, что он был social (основанный на свободной импровизации под любую музыку с любым партнером - прим. автора) по своей сути с самого начала, хотя его показывали и в фильмах, и в соревнованиях и в виде шоу-постановок. Но его основа все же - это так называемое "социальное танцевание".

Сегодня практически в каждой стране мира танцуют свинг – открываются школы, клубы, устраиваются головокружительные вечеринки, где собираются и давние поклонники этой культуры, и молодежь, обнаруживающая, насколько захватывающим, ярким и неистовым может быть времяпрепровождение в свинговом ритме. "Свинг может танцевать кто угодно, - уверяет Леннарт, - линди-хоп (основной свинговый стиль-прим.автора) бывает и очень быстрым, со множеством акробатических трюков и ярких моментов, что очень привлекает молодежь. А может быть весьма доступным для людей более взрослых, солидных - неторопливым, мягким. Я бы посоветовал каждому, кто любит джаз, слушает свинг, попробовать ощутить это изнутри, попробовать потанцевать линди-хоп".

Каждый современный свинговый танцор, проживающий в любой стране мира, знает о самом масштабном и сумасшедшем из многочисленных лагерей, ежегодно собирающем огромную интернациональную танцевальную тусовку в небольшом шведском городке Херранге. Леннарт Вестерлунд является его бессменным руководителем, считая, что это особенное место, открывающее еще и международную сторону свинга: "люди из многих-многих-многих стран встречаются в одно и то же время, они обмениваются танцем, обмениваются общением, обмениваются адресами, люди начинают путешествовать, открывать для себя мир". Деятельность, связанную с организацией лагеря, подготовка к которому идет практически круглый год, Леннарт совершенно немыслимым образом умудряется совмещать еще и с выступлениями в составе легендарного шоу-проекта "Harlem Hot Shots". Когда-то эта группа, называющаяся вначале "Rhythm Hot Shots", одной из первых вернула широкой аудитории невероятную энергию и зрелищность свингового танца. Заслужив признание во всем мире, получая приглашения приехать с гастрольными турами в Америку, Японию, Корею, группа, тем не менее, не может соперничать с модными сегодня шоу-коллективами. Собрать вместе всех участников, каждый из которых занимается еще и активной преподавательской деятельностью, довольно трудно. Поэтому в выступлениях, которых бывает около сотни в год, все "хот шоты" появляются крайне редко, обычно принимают участие две-три пары. Леннарт считает такую ситуацию абсолютно нормальной и естественной: "Несмотря на популярность свинга в наши времена – его нельзя назвать массовой культурой, и он никогда не будет в основной струе моды. Это эксклюзивная культура: даже сейчас, чтобы найти какую-то информацию о том, что и где происходит, нужно потрудиться – поискать в Интернете, найти знающих людей".

Весь этот танцевальный мир настолько занимает жизненное пространство и время, что Леннарт сознательно не заводит мобильный телефон и личный е-мейл, дабы оградить хоть какую-то его часть. Очередную поездку в Киев, - а это уже четвертая, - он расценивает как замечательный шанс хоть ненадолго сбежать от безразмерной кучи важных дел, отдохнуть и встретиться со старыми и новыми друзьями. "Я замечаю большую разницу в каждый свой приезд, - уверяет Леннарт, - особенно радует, что количество людей, увлекающихся свингом, постоянно растет. Я вижу очень много новых лиц". На занятиях, которые он провел для киевских свингдэнсеров, Леннарт попытался обратить их внимание на основы свинга – возвращение к базе танцевальной и музыкальной. "Я заметил, что во многих танцевальных школах сегодня, во Франции, Швеции, Украине, всюду – часто встречается одна и та же ошибка. Люди где-то спешат, перескакивая через основы свинга, при этом рискуя пропустить вообще главное ощущение этого танца. Я бы посоветовал всем больше работать над базой, больше слушать музыку и пытаться ее пропускать через себя, чтобы правильно ее интерпретировать, чтобы в будущем правильно, по-настоящему свинговать".
Леннарт Вестерлунд - человек, вернувший миру свинг, - считает, что в этом танце, в этой культуре есть много сторон, способных привлекать самых разных людей. Для кого-то основополагающей явится возможность общения, кто-то заинтересуется зрелищностью, быстрой исполнительской техникой со множеством трюков, как это было поначалу и с ним. "Мои приоритеты менялись со временем. Постепенно, двигаясь все дальше, я чувствовал, что для меня все более важной становится социальная, импровизационная сторона этого танца. Проще говоря – я люблю эту музыку и чувствую ее, ее ключевую сущность. Я могу слушать музыку других стилей, но она не доходит до моего сердца. Джаз – это мой естественный язык, даже если я и не мог говорить на нем раньше".

Беседовала Аля Филиппова
Фото: Олег Готынян

Все публицистические материалы являются собственностью редакции UAjazz.Com. Авторское право на публикации принадлежит их авторам. 
Перед использованием материалов, их перепечаткой и цитированием надлежит получить письменное разрешение редакции портала.
При перепечатке обязательно следует сохранять авторство и ссылаться на источник - портал UAjazz.Com.